Российское овцеводство сегодня находится в кризисе. При этом ключевая часть отрасли сосредоточена на юге России – в Северо-Кавказском и Южном федеральных округах. Это не оценочное суждение, а вывод из динамики последних лет: сокращается поголовье, уменьшается маточная база, слабеет воспроизводство, теряется племенной потенциал.
В 1990 г. в России было 58,2 млн голов овец. Сейчас поголовье овец находится на критическом уровне – 16,2 млн единиц. По численности мелкого рогатого скота Россия за последние годы опустилась в мировом рейтинге с 17-го на 25-е место.
При этом страна обладает огромной базой для развития отрасли. Россия занимает одно из ведущих мест в мире по площади пастбищ и сенокосов – более 92 млн га. Но на 100 000 га сельхозугодий приходится всего около 8000 овец, производится порядка 100 т баранины и 20 т шерсти. Это показывает, насколько слабо используется ресурс, который у нас уже есть.
В производстве баранины ситуация также близка к стагнации. В 2025 г. произведено 195 000 т баранины в убойной массе при потребности около 750 000 т. Дефицит составляет 555 000 т, или 73%. Рекомендуемый уровень потребления – 5 кг на человека в год, фактически в 2025 г. – 1,3 кг.
Главная причина такого положения – экономика отрасли. Даже с учетом мер государственной поддержки рентабельность производства шерсти составляет минус 39%, баранины – минус 22%. При таких показателях невозможно требовать от фермеров роста инвестиций и увеличения поголовья. Никто не будет годами работать себе в убыток.
Еще одна ключевая проблема – экстенсивная модель. В стране ежегодно забивается около 9 млн овец, из них 64% – молодняк. Но из-за низких среднесуточных привесов отрасль теряет значительные объемы мяса. По оценке, только по этому направлению потери составляют около 70 000 т баранины. Из-за слабой системы воспроизводства ежегодно недополучается еще около 2 млн ягнят, что дает потери примерно 50 000 т. В сумме это около 120 000 т баранины, которые могли бы быть произведены внутри страны.
Решение – переход к интенсивной модели. Сейчас среднесуточный прирост овец на выращивании, нагуле и откорме составляет 135 г, хотя еще в 2023 г. показатель был 68 г, а в 2024 г. – 95 г. Нужно выходить на 250–300 г. Для этого необходимы откормочные площадки, искусственное осеменение, круглогодовое получение ягнят, работа с элитными баранами-производителями, цифровой учет животных и системная селекция.
Отдельная задача – интеграция фермеров и переработчиков. Сегодня 85% поголовья сосредоточено в личных подсобных и фермерских хозяйствах. Без их вовлечения отрасль не сможет выйти из серой экономики. Переработчикам нужно стабильное сырье одинакового качества в течение всего года, а фермерам – понятная цена, долгосрочный договор и гарантированный сбыт.
Положительные примеры такой модели уже есть. Там, где создаются откормочные площадки, мясокомбинаты для мелкого рогатого скота и селекционно-генетические центры, появляется основа для прозрачной и взаимовыгодной цепочки. Но пока это единичные случаи, а не система.
Не менее важна идентификация всего поголовья. Без нее невозможно понимать миграцию животных, контролировать качество продукции и выстраивать нормальную работу с торговыми сетями. Также нужна аккредитация перерабатывающих предприятий всех форм собственности, чтобы продукция проходила сертификацию и могла легально заходить в организованную розницу.
Отрасль нуждается и в снижении административных барьеров. Сегодня при перемещении овец между регионами на убой требуется большое количество анализов и справок. Это напрямую влияет на себестоимость и эффективность бизнеса.
Отдельная проблема – теневой сектор. Из 194 000 т баранины через федеральную государственную информационную систему «Меркурий» прошло лишь 40 000 т, или 20%. Остальные 154 000 т находятся в нелегальном обороте. Официальный экспорт овец в 2025 г. составил более 200 000 голов, при этом основная масса нелегально вывозится в сопредельные государства – Азербайджан и Грузию. Налоговые потери только по НДС составляют миллиарды рублей ежегодно.
У России есть серьезное преимущество – собственный генетический потенциал. Отечественные породы обладают высокой адаптацией и продуктивными качествами. Но если этот потенциал не использовать, он деградирует. Поэтому селекция должна стать не факультативной работой отдельных хозяйств, а частью государственной политики.
Первым шагом должна стать стратегия развития овцеводства до 2036 г. В ней нужно определить целевые параметры по численности, структуре поголовья, видам продукции, переработке, селекции, мерам поддержки и рынкам сбыта.
Овцеводство может стать выгодным направлением для фермеров, переработчиков и инвесторов. Спрос на баранину внутри страны и за рубежом растет. Но без новой экономики отрасли – понятной цены, поддержки, интеграции, селекции и прозрачного учета – этот спрос останется возможностью, которой Россия так и не воспользуется.